Как кровавый царизм женщин угнетал
vladislav_01
Советские пропагандисты постоянно пишут о тяжких страданиях русского крестьянства вообще и несчастных семей, оставшихся без кормильцев после призыва мужчин во время ПМВ, в частности. Якобы это было одной из главных причин революции. Однако при ближайшем рассмотрении оказывается, что это наглая ложь.

mikhailove в своём посте кратко изложил содержание книги Л. Литошенко "Социализация земли в России" по этому вопросу. Приведу его почти полностью, кое-что выделив:

Литошенко... указал, что «Первоначальные прогнозы относительно влияния войны на русское сельское хозяйство были проникнуты глубоким пессимизмом. Закрытие европейской границы уронило наш экспорт до небывало низкой величины. Вывоз жизненных припасов в первый же год войны сократился почти в 4 раза. В течение третьего года войны, принимая во внимание поправку на вздорожание цен, вывоз составлял уже только от 1/9 до 1/8 прежней величины. Никто не сомневался, что недовывоз огромного количества сельскохозяйственных продуктов вызовет резкое падение цен на внутреннем рынке и вреднейшим образом отзовётся на состоянии сельского хозяйства.
Действительность обманула предположения учёных и политиков. Экономика войны вообще оказалась гораздо менее изученной областью хозяйственной деятельности, чем это можно было предположить».


Литошенко последовательно разбирает факторы, повлиявшие на земледелие: 1) мобилизация людской рабочей силы, 2) принудительное отчуждение для нужд войны лошадей, рабочего скота и транспортного инвентаря, 3) установление твердых цен по закупке продовольствия для армии, 4) расстройство транспорта, 5) физические разрушения, произведенные военными действиями 6) сокращение вывоза за границу, 7) увеличение спроса на сельскохозяйственные продукты, 8) повышение цен на сельскохозяйственные продукты, 9) выдача денежных пособий семьям мобилизованных, 10) запрещение винной торговли, 11) труд мобилизованных.
Он подчеркнул, особенность России: "при ближайшем рассмотрении оказывается, что как раз слабые стороны и отсталость русского сельского хозяйства сообщили ему наибольшую сопротивляемость вредным последствиям войны".

Так мобилизация громадных масс сельского населения слабо затронула крестьянскую массу, так как «По данным, относящимся к довоенному времени оказывается, что крестьянское хозяйство оставляло неиспользованным до 40% запаса труда, даже если включить в расход рабочего времени не только сельское хозяйство, но и личные промыслы».

К тому же «в своём хозяйстве мужчины появлялись только в критические периоды сельскохозяйственных работ, большей частью во время сенокоса и уборки хлеба».

Ещё один смягчающий фактор - «вынужденная трезвость заметно увеличила производительность труда в промышленности и сельском хозяйстве».

Сильно пострадали промыслы, которые давали крестьянам значительную часть денежных доходов, но взамен выпавших в деревню пошли другие доходы: "В течение первых 5 месяцев войны пособий было выдано на сумму свыше 267 млн руб. В течение следующего 1915 г. сумма пособий достигла 623.7 млн руб., в 1916 - 1106.8 млн руб., в 1917 г. - около 3 000 млн руб...
...Она (война) оставила в его (крестьянина) карманах ту сумму, которая тратилась раньше на покупку водки и других спиртных напитков. Для всей России эта сумма составляла около 1.25 млрд руб. в год. Вместе с доходом от казенных пособий составлялась внушительная цифра (для 1916 г., например, в 2.5 млрд. руб.) ,которая с избытком перевешивала денежные убытки от разорения промыслов".


Даже мобилизация лошадей не приводила к большим экономическим потерям, более пострадали крупные хозяйства, но тоже не критически: "принудительно взятые животные и мертвый инвентарь сравнительно хорошо оплачивались".

Что касается обстановки на рынке: "Выпавший заграничный спрос был в значительной мере заменен спросом государства для нужд величайшей в мире и в истории человечества армии. И люди, и в особенности животные питались на войне лучше, чем дома. Продовольствие армии потребляло поэтому дополнительное количество продуктов по сравнению с теми запасами их, которые освободились в деревне благодаря уходу на войну значительной части мужского населения".

Всё это привело к серьёзным последствиям: "Главнейшими из них были отмеченное выше обилие денег в деревне вследствие выдачи пособий семьям мобилизованных и экономия от прекращения потребления вина". Помимо прочего, "неожиданно приобретенная независимость в денежных делах позволила крестьянину также нейтрилизовать понижающее влияние "твердых цен". Важно при этом то, что "покупательная способность сельского населения росла быстрее, чем падение ценности денег".

Литошенко констатирует: "Все исследователи и наблюдатели деревни констатируют её значительный расцвет с первого же года войны. Вместе с потоком бумажных денег в деревню потекли предметы городской культуры и комфорта. Крестьянин стал обзаводитья лучшей одеждой, обувью, граммофоном, мягкой мебелью. Сельское население переживало период небывалого благополучия".

Далее: "Пострадало от войны, хотя и не очень сильно, только крупное хозяйство. Вся масса хозяйств крестьянских оказалась в выигрыше".

Общий вывод: "Не будет преувеличением сказать, что, если бы мировая война не окончилась для России революцией, русское сельское хозяйство начало бы свой путь послевоенного развития от более высокой точки, чем та, на которой его застала война."

Теперь о пособиях.

"По закону (Положению) от 25 июня 1912 года в тех губерниях, где объявлялась мобилизация, одновременно с ней должны были создаваться и особые городские и волостные попечительства. На них возлагалась обязанность обследования нужд семей призванных из запаса на военную службу, составление подробных списков и организация выдачи пособий. Положение вводило практику прошений о назначении пособий не только полномочными представителями семей нуждавшегося (прежде всего женами и матерями), но и самими мобилизованными нижними чинами с фронта. Кредиты на пособия призванным ассигновались Государственным казначейством. Стоит принять во внимание, что помимо сумм, распределяемых централизованно «сверху» и в установленном для всех порядке, предусматривались и дополнительные выплаты единовременных денежных пособий особо нуждающимся солдатским семьям в соответствии с поданными ими прошениями."

Этот закон очень значительно улучшил обеспечение солдат, ставших инвалидами от ран или болезней, полученных на военной службе. Вместо незначительных и произвольно назначаемых пособий из разных источников такие бывшие солдаты стали получать четко определенные пенсии, значительно превышающие прежние пособия. Был утранен произвол начальства при их назначении, заметно упрощен порядок выдачи пенсий. Они стали назначаться независимо от доходов пострадавшего (до издания закона претендовать на пособия могли лишь не имеющие средств). Также были установлены определенные выплаты (притом привязанные к цене продуктов, т.е. защищенные от инфляции) семьям мобилизованных солдат.

Статья 1 гласила:

"Правом на призрение на счет казны на основании правил настоящего Положения пользуются:

1) нижние чины, утратившие как в мирное, так и в военное время трудоспособность вследствие полученных ими ран, внутренних или внешних повреждений либо болезней, если эти раны, повреждения или болезни находятся в причинной зависимости от прохождения ими военной службы, а также семейства сих лиц;
2) вдовы и круглые сироты означенных в предыдущем (1) пункте лиц, и
3) указанные в статье 60 сего Положения семейства нижних чинов, находящихся на действительной службе в мобилизованных частях армии и флота, в государственном ополчении или в военных дружинах."

То есть закон касался семей всех мобилизованных, а не только погибших или инвалидов. Основные статьи, касающиеся пособий семьям мобилизованных (третьей категории получателей из вышепроцитированной статьи):

"IV. О призрении семейств нижних чинов, находящихся на действительной военной службе в мобилизованных частях армии и флота, в государственном ополчении или военных дружинах.

<...>

61. Из состава членов указанных в предыдущей (60) статье семейств пользуются призрением: 1) жена и дети нижнего чина и 2) отец, мать, дед, бабка, братья и сестры означенного чина, если они содержались трудом последнего.

<...>

63. Указанные в статье 61 лица имеют право на получение продовольственного пособия деньгами, полагая на каждое призреваемое лицо не менее 1 пуда 28 фунтов[27,85 кг] муки, 10 фунтов[4,095 кг] крупы, 4 фунтов[1,64 кг] соли и 1 фунта[0,4095 кг] постного масла в месяц; но детям, не достигшим пятилетнего возраста, продовольственное пособие выдаётся в размере половины означенных продуктов.

76. Выдача пособий призреваемым семействам производится в волостных (гминных, станичных, а в Закавказье – сельских) правлениях в присутствии одного из членов попечительства и в городских управах, причем в сельских местностях – 4 раза в год, за 3 месяца вперед (в марте, июне, сентября и декабре), а в городских поселениях и, по прекращении военных действий, в сельских местностях – ежемесячно, за месяц вперёд.

<...>

79. Призрение продолжается:

1) до возвращения к призреваемому семейству со службы нижнего чина, на коем лежит обязанность содержания сего семейства;

2) до назначения нижнему чину, возращенному на родину по неспособности, или вдове либо сиротам нижнего чина убитого, умершего или без вести пропавшего пенсии от казны и

3) во всех вообще случаях не долее истечения годового срока со дня объявления высочайшего повеления о приведении на мирное положение или о расформировании подлежащих частей либо о роспуске государственного ополчения или военных дружин."


Ну и к чему привело на практике применение этого закона (нужно только написанное фильтровать от феминистического бреда о тяжкой женской долюшке):

Некоторые солдатки, особенно многодетные, получили по Положению право на пособие от 30 до 45 рублей в месяц. Это были большие по тем временам деньги, которые сам призванный, возможно, никогда и не зарабатывал. По завистливым замечаниям современников, в таких семьях «бабы не горевали». Конечно, большинство женщин отдавали значительную часть солдатского пособия в семейный бюджет или клали деньги в банк, но некоторые тратили постоянно на собственные нужды. Как признавались сами солдатки, до войны мужья часто пропивали деньги, одаривая их лишь иногда «чаем да шелковым платочком». Теперь же, в военные годы, они сами могли решать, как и на что тратить средства. Одна из солдаток призналась журналисту, что «получив паек», прежде всего бежит «в лавку "отрезать" себе кусок материи или купить обувь, чтобы не прийти домой с деньгами» - «не то "старшие" отнимут» (свекор со свекровью легко накладывали «руку» на пособие, выделенное невестке за призванного сына). Наиболее рачительные солдатки расходовали средства с мудростью, обретаемой ими в практических делах, обеспечивая себя и детей всем необходимым. Одна из провинциальных газет - «Тамбовский земский вестник» - привела слова одной из них, сказанные спустя два года после начала войны: «Мы теперь воскресли, свет увидели. Дай, господи, чтобы война эта подольше прошла».

Обретением женщинами финансовой самостоятельности, в известной степени подкрепленной как раз выплатой солдатских пособий, были очевидно недовольны священники. Они с удивлением отмечали: «В храмах можно видеть подавляющее большинство женщин, молебны, панихиды служат главным образом женщины... В некоторые моменты, когда церковь приглашает помолиться о здравии и спасении русского воинства, на поле брани со славой живот свой положивших, молитва наших женщин достигает прямо какой-то мистической высоты. Те же самые жены солдат, которые так усердно молятся в храмах, так усердно просят Бога о спасении сынов и своих мужей, вне храма, в своей повседневной жизни держат себя нахально вызывающе. Работать не желают, без конца требуют даровых пособий. Получая пайки, тратят безрассудно: на модные кофточки, галоши, духи и помады».



Отчасти такое отношение объясняется тем, что основная масса священников, дьяков и псаломщиков жила довольно бедно, поэтому на «дармовые» деньги солдаток они смотрели не совсем объективно. Сохранились свидетельства того, что солдатки весьма скептически относились к тем, кто пытался бороться вместо них за их права и не тратили времени на вымаливание божьей помощи в храмах. «Жены солдат, - жаловался в церковной прессе один из епископов, - всячески бранят и в глаза поносят неприличными словами и обидными подозрениями разных попечителей, не исключая и священников». В годы войны священники к тому же подняли плату за требы, добившись этим не увеличения церковных доходов, а уменьшения их: иерархи сообщали в Синод, что храмы посещаются солдатками «лениво», прихожане не желают своевременно исповедоваться и причащаться.

Некоторые солдатки и сами открыто заявляли, что после ухода мужей в армию они уже не вымаливали помощи и прощения у бога, но сами обустраивали свою жизнь. Разнообразные источники свидетельствуют, что женщины из семьи призванных на фронт получали очевидные возможности самостоятельно вести хозяйство, единолично распоряжаться деньгами, что вело к росту индивидуальной самооценки, самосознания. Получение казенного пособия позволяло женщинам теперь уже самостоятельно формировать семейный бюджет. Конечно, родня и соседское окружение солдаток не хотели привыкать к подобной автономии и самодеятельности. И большая семья, в которой жила солдатка, и соседи готовы были расценивать самостоятельность как «мотовство», «вольности» в расходовании средств. Чем как ни завистью родных и соседей можно объяснить типичные для российского менталитета жалобы-доносы на тех солдаток, которые, получив пособие, начинали вести свободную от моральных обязательств жизнь. Однако тут закон стоял на страже интересов солдатки. Если ее семья по закону должна была получать пособие - то никакие ссылки на моральные нормы не могли лишить ее выделенных денег. Известны случаи, когда соседи сообщали мобилизованным на фронт о беспутной жизни их «половин», и взбешенные солдаты ходатайствовали о прекращении выдачи пособий таким женам. Но подобные прошения не удовлетворялись: по специальному решению касательно таких случаев, если «брак не был расторгнут» по той или иной причине, семья считалась существующей, а жена мобилизованного - законной получательницей пособия («в законе на случай порочного поведения супруги никаких возможностей не оговорено»).

Между тем женщины-солдатки (женщины из числа родных призванных на фронт) с каждым годом войны все успешнее добивались выдачи казенных пособий и денег от земств. Есть данные, что с умело написанными прошениями о выдаче пособий нередко обращались и те, кто по уровню обеспеченности семьи со стороны родных совершенно в нем не нуждался. Власти это констатировали, но ничего не могли поделать. Положение не содержало четких критериев по назначению пособий, любые ограничения вели к недовольству, обиженные обещали жаловаться «наверх» и успешно делали это. В различные учреждения - уездным властям, в попечительства, воинским начальникам, губернаторам, в войсковые части, в центральные учреждения - постоянно летели многочисленные жалобы солдатских жен, недовольных отсутствием пособий.

Жизнь впроголодь, лишения, трудности тылового быта заставляли солдатских жен продумывать и некоторые хитроумные варианты улучшения материального благосостояния своих семей. Газеты отмечали, что некоторым из них удавались и мошеннические операции - получение пайка за умерших детей, убавление возраста живущих, но ставших совершеннолетними (кому исполнилось 17 лет). Однако обман, на который шли солдатки, легко объясним низким уровнем потребления, который складывался в семьях призванных на службу. Часто пособие, получаемое солдаткой на себя и детей, было единственным источником к существованию. К случаям мошенничества молва могла приписать и стремление заполучить казенную помощь и теми матерями, чьи сыновья были призваны, но которые (при проверке) оказывались живущими на попечении своих мужей.

При оказании помощи солдатским семьям приходилось считаться с тем обстоятельством, что почти все они предпочитали обращаться за помощью. Отделить ходатайства, «заслуживающие удовлетворения от не заслуживающих такового», было трудно. В связи с этим волостные попечительства некоторых уездов выступали за то, что «пособия нужно выдавать всем - или никому». Раздача ассигнованных губернским земством средств на выдачу дополнительных пайков вызывала нарекания, просительницы-солдатки требовали: «Дайте хоть по 20 копеек, но всем». Это и понятно: даже если просительница-солдатка жила не одна, если ее поддерживала семья или родственники мужа, получение любых сумм и уж тем более полновесного казенного пособия резко меняло ее статус, отношение к ней окружающих. Получавшая пособие пользовалась благосклонностью в большой семье, никто не считал ее нахлебницей. Казенное пособие было небольшим (2-2,5 рубля на каждого члена семьи в месяц), но регулярным, а потому оно было и подспорьем в хозяйстве, и дополнительным источником денежных средств, которые солдатки в деревнях часто использовали на непроизводственные нужды (покупку одежды, мебели, которые ранее не могли себе позволить, так как едва сводили концы с концами при распределении денег на питание). Любопытно в связи с этим, что крестьяне иной раз отказывались делать пожертвования, если узнавали, что они пойдут на помощь солдаткам: сельский мир полагал, что пособие выплачивается слишком большое, и солдатки в помощи общества не нуждаются. Действительно, некоторые многодетные солдатки, получив пособие, отказывались работать сами, прибегая к найму односельчан для обработки полей, уборки урожая.

По оценкам самих крестьян, война несколько «уравняла» крестьянские хозяйства. Беднейшие семейства призванных на войну оказались под крышей государственной защиты, семьи зажиточных крестьян со времени ухода работников на войну значительно обеднели, их хозяйства сократились, а солдатки из этих семей не имели права на прошение о пособии. Там, где цены на хлеб были высокими и урожай неплохим, пособие оказалось отличным финансовым подспорьем. Солдатки этих регионов начинали откладывать деньги, тратить их на лакомства, которые не могли себе позволить ранее, на новую одежду для себя и детей; важно, что они часто впервые в своей жизни могли чувствовать себя распорядительницами хоть каких-то денежных сумм. Таким образом, организованная социальная помощь семьям призванных на войну оказалась тем механизмом, который помогал изменению женского самосознания, обучал россиянок основным приемам социального действия (от прошений до бунтов).
https://cyberleninka.ru/article/n/organizatsiya-prizreniya-semey-nizhnih-chinov-v-gody-pervoy-mirovoy-voyny

Ликбез и ГОЭЛРО - два мифа на фоне достижений царской России
vladislav_01



Визитной карточкой социально-экономических достижений ранней советской власти являются два проекта: ликвидация безграмотности (ликбез) и «электрификация всей страны» по плану ГОЭЛРО. При этом дореволюционную Россию рисуют в виде темного царства, причем как в прямом, так и в переносном смысле.

Согласно советской литературе, и уровень грамотности населения был крайне низким, и по выработке электричества Россия «находились на одном из последних мест в мире». Это - буквальная формулировка, взятая из второго издания Большой советской энциклопедии.

Значит, Латинская Америка, Азия и Африка – «обгоняли» нашу страну в сфере производства электричества. Вот до какой нелепости доходили советские агитаторы. Впрочем, не будем их судить строго. Они лишь выполняли установку сверху, а в те годы ослушаться высшего начальство было опасно, иногда опасно для жизни.

Read more...Collapse )

Буркина-Фасо снова нашёл то, что "не порадует хрустобулочников"
vladislav_01

Товарищ из Верхней Вольты продолжает отжигать. В своём посте с очередным графиком он визуализировал оценки численности населения Российской империи (причём аж до 1923 г.!!!) и Европейской России (до 1916 г.) некоего В. Зайцева. Надо сказать, что оценки в границах РИ без Финляндии довольно странные, расходящиеся с рассчитанными Сифман на целые миллионы. Расхождения начинаются с 1901 г. (до этого оценки близки численности по Сифман), и максимум приходится на 1904-1909 гг. - аж на 3 млн. меньше, чем у Сифман. После 1909 г.необъяснимым образом оценки В Зайцева начинают приближаться к оценкам Сифман, и на начало 1914 г. они меньше всего на 0,5 млн. В чём причины, не ясно, то ли автор в 1901-1903 гг. голод обнаружил с миллионной смертностью, а в 1910-1913 наплыв иммигрантов, то ли ещё что.

Но самое интересное
в том, что Буркина-Фасо усмотрел в своей картинке то, что "численность населения начала падать еще с 1915 года", хотя на картинке она растёт. Падает на картинке в 1915 г. численность населения Европейской России, но не в империи в целом. Однако пропагандиста такие вещи не смущают.

Ну и самый сок. Следующий комментарий автора:

"Третий момент не порадует хрустобулочников: рост населения 50 губерний шел медленнее остальных частей РИ."

Невдомёк пропагандисту, что в этом нет ничего плохого, кроме хорошего. Это всего лишь отражение факта освоения Азиатской России переселенцами из европейских губерний. Что здесь должно "не порадовать хрустобулочников", я так и не понял, как ни старался.

В заключение похвалю автора за правильный выбор сетевого имени. Мощный
интеллект африканского дикаря налицо.


Киреев мудак, никак меня не разбанит.
vladislav_01
Но разместил интерсную карту, Пусть теперь попробует доказать законность существования всяких говённых республик, которые настроганы большевиками.

Оригинал взят у kireev в Карта выборов в Учредительное собрание России 1917 г.
Нашел достаточно уникальную карту выборов в Учредительное собрание 1917 г.

На сайте "Электоральная география" есть даже результаты этих выборов по волостям. Может быть когда-то будет и соответствующая карта.



Источник



Буркина-Фасо опять демонстрирует альтернативную одарённость
vladislav_01
burckina_faso опять вылез со своей лживой прпагандой большевицких достижений в посте О хрусте французской булки и детской смертности


Разместил табличку и диаграмму с возрастной структурой покойников в Европейской части РСФСР в разные годы:

Возрастная структура умерших в Европейской России в 1908-1910гг. и за 1926 и 1934 г. в Европейской части РСФСР, УССР и БССР (в %)
Возраст 1908-1910 1926 1934
Муж Жен Муж Жен Муж Жен
Моложе 1 года 39,73 36,34 40,2 36,1 21,6 19,6
1-2 года 20,16 20,86 14,4 18,9 14,7 19,5 14,7 21,4 15,1 21,9
3-4 года 4,5 4,8 6,7 6,8
5-6 лет 4,63 4,95 2,1 3,6 2,2 3,8 3,6 6,9 3,6 6,8
7 лет 0,6 0,7 1,3 1,3
8-9 лет 0,9 0,9 2,0 1,9
10-14 лет 1,85 2,08 1,8 2,0 2,7 2,5
15 лет 1,85 2,25 0,4 2,1 0,5 2,5 0,3 2 0,4 2,2
16-17 лет 0,8 1,0 0,7 0,8
18-19 лет 0,9 1,0 1,0 1,0
20-24 года 3,92 4,58 2,5 4,7 2,8 5,6 3,1 5,9 2,9 5,7
25-29 лет 2,2 2,8 2,8 2,8
30-39 лет 3,85 4,18 3,7 4,4 5,5 5,3
40-49 лет 4,66 4,16 4,7 4,0 6,3 4,9
50-59 лет 5,43 5,03 5,6 4,7 7,8 6,2
60-69 лет 6,0 6,59 6,6 6,8 9,0 9,1
70 лет и старше 7,82 8,92 8,1 10,6 10,9 15,8

Данные за 1908-1910 гг. взяты у Рашина А.Г. Население России за 100 лет (1813-1913) с ссылкой на изд. Движение населения в Европейской России за 1908, 1909 и 1910 гг.
Данные за 1926 и 1934 года РГАЭ Ф.1562 Оп. 20 Д.42 Л.40


Дальше делается вывод в стиле большевицкого пропагандона:

"Как видно из этих данных, до революции была просто чудовищная младенческая и детская смертность: из 100 умерших 40 были младенцы до года и 60 дети до 4 лет, включая младенцев. Все это безобразие, людоедство можно сказать, сохранилось даже во времена НЭПа.

Только начав индустриализацию и коллективизацию удалось переломить ситуацию. Данные 1934 года, даже сразу после масштабного голода 1933 года, выглядят гораздо лучше. И вообще нужно понимать, что голод 1933 года есть единовременный провал страны в дореволюционную смертность. Только до революции постоянную огромную смертность компенсировала еще более огромная рождаемость. В начале же 30-х рождаемость в СССР сильно упала, вследствие масштабных реформ, поэтому и был одномоментный отрицательный прирост."





Главное, непонятно, то ли Буркина-Фасо сознательно лжёт, то ли он на самом деле тупой до такой степени, что даже поместил в своём выводе всё необходимое для его опровержения. А именно, указал, что в 1934 г. рождаемость достигла минимума, число рождений резко упало вследствие политики Сталина, приведшей к миллионам жертв в результате голода 1933 г. Причём сокращение чисел рождений началось за 3-4 года до 1934 г., затем в голод 1933 г. родившиеся в 1929-1932 гг. были подсокращены в численности. В результате доля младенцев и детей до 5 лет в 1934 г. в общей численности населения упала, по оценкам Андреева с соавторами, с 15,9% на начало 1927 г. до 13,3% на начало 1934 г. и до 12,1% на начало 1935 г. Причём численность и доля младенцев, подверженных самому высокому риску смерти, сократилась ещё больше. Т.е. число смертей младенцев и детей до 5 лет автоматически должно сократиться минимум на четверть (а скорее всего, на треть по причине более резкого сокращения доли младенцев) только в результате изменения возрастной структуры.

Желающие могут попробовать пририсовать эту треть (или половину) к диаграмме товарища из Верхней Вольты, а также иметь в виду неполноту учёта смертей в 1934 г., вызванную развалом системы регистрации в районах массового голода годом ранее.


Умер Антон Буслов
vladislav_01
Мда, а сколько он денег насобирал и сколько расписывал о качестве буржуйской медицины... Это в то время, когда мудаки в белых халатах не научились даже нейродермит лечить.

Оригинал взят у greatgonchar в Умер Антон Буслов
Источник

"Час назад, около 20:00 по московскому времени, не стало Антона Буслова. Он писал свой дневник с ноября 2012 года. В прошлый номер не смог: за него написал брат Дмитрий."

Ушел из жизни mymaster. Он много писал в нашем сообществе, у него было много сторонников и противников, как у любого активного и неординарного человека.

Комментарии отключены.


Мертвый укроп хорош тем, что не стреляет в людей
vladislav_01
Оригинал взят у runo_lj в Мертвый укроп хорош тем, что не стреляет в людей
Как увидишь укропа - так его и убей!



Киреев удивляется реальности
vladislav_01
Внезапное удивление вашингтонского борца с фальсификациями выборов в России и референдума в Крыму, по совместительству любителя украинских соцопросов, вызвала реальность, о которой ему, в частности, неоднократно писал я. А именно, что "мнение народа"  может радикально меняться под воздействием обстоятельств и пропаганды. Надо же, Донбасс вывалился из созданной укросми реальности.

Оригинал взят у kireev в Опрос украинцев о Путине
Любопытный опрос украинцев от группы "Рейтинг". Путин стал на Украине менее популярным, чем Сталин. Сейчас к нему хорошо относятся 16%, а плохо 76%. Хотя еще в октябре 2013 г. хорошо относились 47%, а плохо 40%. К Путину относятся положительно даже менее 50% русских. Единственное, что тут хорошо для него - это 66% хорошего отношения в Донбассе. Причем, там у Путина даже рейтинг вырос на 3%. Донбасс стал по опросам отличаться от остальной Украины так же как в свое время Крым, что для Украины точно не есть хорошо.












Сталинское демографическое чудо
vladislav_01


В ЖЖ множество сталинистов пытаются отрицать факт голодомора начала 1930-х гг. в СССР. При этом пишут, что демографы, оценившие масштаб потерь от голода, просто взяли и весь недоучёт смертей между переписями 1926 и 1937 гг. "сбросили" в 1933 год, получив огромную оценку сверхсмертности в 7 млн. человек. И дальше следуют обвинения в  ангажированности, фальсификации и т.п. Затем достаётся из архивов "честная, потому что была засекреченной" советская статистика смертности, и сталинисты празднуют свою победу над "либеральными демографами-фальсификаторами".

Хотелось бы отметить, что представления о том, как демографы получили свои оценки, у большинства критиков убогие. Население им представляется в виде бочки с водой, в которую сверху из одной трубы вода наливается, а снизу через другую трубу выливается. При этом сама вода в бочке однородная, нет никакой "новой" или "старой" воды. На почве этого невежества пышно произрастают "разоблачения". Например, утверждается, что коррекция официальных итогов переписи населения 1927г. делалась с целью увеличить число жертв голода 1930-х. На самом деле были скорректированы лишь численности детей до 3 лет и молодых женщин, а все остальные данные переписи о половозрастной структуре лишь выровнены с целью устранить возрастную аккумуляцию. Что касается переписи 1937 г., то коррекция её итогов вверх и вовсе "играет на руку" разоблачителям.

То, что получится в случае если всю смертность распределить равномерно между двумя переписями, показано на графике на примере мужчин, которым было до 59 лет на начало 1927 г. Их численность рассчитана по оценке Андреева, Дарского и Харьковой. Оценка на начало 1937 г. сделана аналогично. Как видно из графика, мужчины в сталинском СССР имели гораздо меньшую вероятность прожить следующие 10 лет, чем мужчины в Европейской России 1896-1897 гг. Всего в двух возрастах (0 лет и 1 год) вероятность смерти оказалась ниже, чем в России за 30-40 лет до Сталина.

Поэтому сталинистам пора определиться. Или прекратить отрицание массовой смертности от голода, или признать, что при Сталине жить стало катастрофически хуже и без всяких голодоморов.

Upd: Источники данныхCollapse )

Демография, которую мы потеряли
vladislav_01
Оригинал взят у poselyanin в Демография, которую мы потеряли
Секта свидетелей СССР и прочие любители пощелкать пролетарской сэмкой в очередной раз бдительно разоблачают антисоветские козни Д.И. Менделеева.
Дескать, ну никак не могло в Совдепе быть иной демографии, чем сложилась в реальности.

Неа, ребятки, еще как могла бы.

Read more...Collapse )


?

Log in

No account? Create an account